Развитие Интернета вещей в России

Руководитель Департамента аналитики больших данных и искусственного интеллекта Beltel Datanomics Анна Племяшова ответила на вопросы РБК+.

1. Как вы считаете, в каком направлении развивается мировой рынок Интернета вещей? Каковы его перспективы?

По данным аналитических агентств Gartner и IDC в 2015 году количество подключенных к Интернету устройств составляло 15.41 миллиард, в 2019 году – это 26.66 миллиарда. Считается, что через шесть лет, к 2025 году их количество увеличится втрое и составит 75 миллиардов. Очевидно, что рынок Интернета вещей будет развиваться, будут появляться новые решения и меняться привычные для нас продукты.

2. В чем особенности российского рынка Интернета вещей? Насколько он развит? В каких отраслях, на ваш взгляд, технология применяется уже сейчас — и в каких отраслях вы видите потенциал для внедрения?

Я бы не стала говорить, что российский рынок Интернета вещей идет по какому-то своему пути. Как и во всех странах развитие неоднородно по отраслям. Например, банковская сфера уже настолько впереди других отраслей, что мы говорим не просто про улучшение эффективности работы с использованием технологий Интернета вещей, а про изменение продукта и клиентского опыта. Невозможно было представить десять лет назад, что мы будем расплачиваться мобильным телефоном на кассе, а сейчас это привычное действие.    

Активно внедряют технологии Интернета вещей российские ритейлеры. Видеоаналитика позволяет улучшать обслуживание клиентов, повышать эффективность и экономить на персонале – оптимизируя работу, а применение интеллектуальных систем для прогнозирования спроса и предиктивного обслуживания оборудования позволяет значительно сокращать издержки.

Промышленные предприятия со зрелой ИТ инфраструктурой и, что особенно важно, культурой сбора и хранения данных тоже вступают в проекты Интернета вещей. Для промышленности такие проекты требуют сотрудничества между службами ИТ, производства и бизнеса из-за масштабности и комплексности задач IoT проектов, хотя это утверждение верно для любой отрасли.

Потенциал развития Интернета вещей в двух важных и понятных каждому человеку отраслях – это медицина и ЖКХ. Возможно, при достаточной поддержке государства эти две отрасли можно будет качественно изменить в нашей стране, используя технологии Интернета вещей.   

3. Государственное регулирование Интернета вещей. Как вы его оцениваете? Какие меры считаете негативными, а какие — позитивными? Считаете ли вы в целом эффективными государственные программы по развитию Цифровой экономики?

Как такового государственного регулирования Интернета вещей сейчас нет. Есть единичные инициативы, правила, которые косвенно касаются этой технологии. Основная проблема Интернета вещей – это безопасность и здесь, наверное, требуются определенные регулирующие процедуры.

Сейчас ведутся общественные обсуждения предварительных национальных стандартов, которые позволят объединять умные счетчики от разных производителей в единую систему. Допускаю, что принятие таких стандартов упростит реализацию проектов, например, в отрасли ЖКХ.  

4. Основываясь на вашем опыте, какие экономические эффекты от внедрения Интернета вещей вы могли бы назвать в первую очередь?

Наши основные заказчики на проекты Интернета вещей из отраслей ритейла и промышленности. Ритейл прежде всего видит в этой технологии повышение качества обслуживания клиентов, увеличение продаж, снижение издержек за счет оптимизации закупок, работы персонала. Для промышленных компаний одна из главных целей – это повышение эффективности производства. Оптимизация выхода продукта или производственного цикла на доли процента может давать значительную абсолютную величину для предприятия.

Успех проектов в области Интернета вещей зависит от чётко сформулированных целей и требований к решению, пониманию этапов реализации и бюджета, от сотрудничества между различными подразделениями компании, вовлеченными в проект и, конечно, от экспертизы исполнителей.